– Расскажите, пожалуйста, о себе, откуда вы и чем занимаетесь.
– Я из Минска, из Беларуси. Работаю в IT-сфере, я специалист по продажам в одной из крупнейших IT-компании в регионе. Совсем недавно получил апрув по визе EB-1A с первого раза.
– Как давно вам захотелось переехать и почему именно в Америку?
– На самом деле, я захотел переехать еще лет 10 назад, может, даже еще раньше. Я закончил университет по специальности международная бизнес-коммуникация и достаточно хорошо владею английским и немецким. Я всегда работал в международных продажах, на данный момент мой трудовой стаж составляет более семи лет. Все это время я работал с американскими и западными компаниями. Меня всегда туда тянуло: мне нравится образ жизни, их открытость к инновациям, конкурентная среда, которая позволяет тебе расти, их уровень жизни, зарплаты. Мне кажется, это более благоприятное место, чем то, где я сейчас нахожусь.
Если так подумать, значительная часть моих будней так или иначе связана с общением с клиентами из Западной Европы и Америки, и я уже близок к пониманию их менталитета, даже в каких-то мелочах. Мне нравится читать литературу на английском, я стараюсь пропитаться этой культурой и этикой, потому что между нами много различий. То есть мысленно я уже там, надеюсь, что и физически там окажусь поскорее.
– Вы уже бывали в США?
– Нет, ни разу не был. Я много раз ездил в страны Западной Европы. Могу сказать, что в моем представлении это все-таки разные регионы. Я, естественно, был связан с Германией, то есть много раз туда ездил и по студенческим программам, и просто. И даже сравнивая мое реальное нахождение в Германии и мое виртуальное нахождение в Америке, я понимаю, что это во многом какие-то розовые очки и непонимание контекста, но все равно для меня Америка более благоприятный регион. И я это вижу по цифрами, все-таки я специалист по продажам. Поэтому я понимаю, о чем идет речь, когда говорю о переезде в США и о цифрах, которые там открываются перед людьми.
Кстати, это касается не только IT-сферы. Большая часть моих партнеров из разных областей – финансовые и банковские компании или вообще компании сельского хозяйства. Но за счет того, что там совсем по-другому устроен бизнес и совсем другая частная инициатива, свобода предпринимательства и другие законы. В такой атмосфере у тебя может сразу несколько направлений развиваться, и это касается и не только Нью-Йорка, Лос-Анджелеса или Сан-Франциско. В любой точке будет что-то, что очень хорошо развивается, как в IT, так и в финансовой сфере, сфере здравоохранения, науки, техники, чего угодно.
– Как вы узнали о компании Moovert и почему решили готовить кейс с нами?
– Это вообще замечательный вопрос, потому что я о вашей компании узнал через рекламу. Кажется, это был Инстаграм или YouTube. И я вначале с подозрением отнесся к визе талантов. Во-первых, это надо быть талантом, во-вторых, наверное, будет много подводных камней. И я вообще рассматривал эмиграцию через компанию, на которую я работаю, через рабочую визу и весь этот процесс. Но к сожалению, компания по определенным обстоятельствам не была готова предоставлять такие визы, это слишком сложный процесс для них, и я решил пойти своим путем. И я начал копать, смотрел про визу О-1, потом я увидел EB-1, заполнил форму обратной связи, и со мной связалась ваша коллега Анна. Я, честно говоря, до последней минуты перед интервью относился ко всему этому с подозрением. Но я поговорил с Анной, и она меня успокоила и все мне рассказала. Я подумал, что тоже подхожу под эти критерии. Она рассказала, что нужно соответствовать трем критериям из десяти, и наверняка у меня не только три, а пять, шесть и более. В итоге, я поговорил с ней, потом посовещался с женой и говорю, представляешь, формально вроде бы я подхожу.
Потом неделю-две я еще походил, подумал, и я отписался Анне, что я готов рассмотреть тарифы. Мы еще раз созвонились, и я выбрал тариф Optima Plus, и я его не менял и с ним получил апрув. И на меня хорошее впечатление произвела цена, потому что я до этого задавал вопросы в разных иммиграционных сообществах и напрямую писал некоторым адвокатам. У них цены стартовали от 8-10 тысяч долларов, а у кого-то еще больше. Плюс там много не входит в услуги. Ваша цена мне показалась очень приемлемой. Я подумал, что я готов рискнуть.
Приступил к работе 20 июня 2023 года. Я думал, что смогу подготовить кейс быстрее. Если бы я отмотал время назад, я бы более подготовленным вошел в этот курс. Но я начинал с нуля. Я сам писал кейс, работал каждый день и получал неимоверное удовольствие от этого процесса. Судя по чатам, некоторые коллеги жалуются на то, как это сложно, но для меня это было удовольствие. Я приходил с работы и начинал писать. Я следил за динамикой, постоянно получал обратную связь от эксперта Александра, и для меня это было волшебно, то есть я вообще не жалею об этом времени. Месяцев девять собирался мой кейс, и вот получится у меня ребенок в виде апрува.
– Какая у вас была фокусная специализация? Какие критерии у вас были сразу и какие вы добирали в процессе?
– Я подавался по направлению бизнес. Я знаю, что некоторые специалисты в IT-сфере идут по науке. Я же шел по бизнесу, причем я знаю нескольких ребят из Беларуси, которые, будучи программистами, например, PHP разработчиками или .NET разработчиками, получали визы талантов, идя по бизнесу. Они делали основной упор на критическую роль и зарплату, и таким вот образом у них это все получилось. В моем случае было приблизительно так же. То есть я сразу понимал, что у меня есть критерий зарплата. Она у меня высокая в сравнении с Беларусью и даже по европейским меркам. Второй момент, который у меня был, это критическая роль. Я ведущий специалист по продаже, я веду сразу несколько направлений в компании. У меня есть крупные клиенты, и я понимал, что это можно как-то так притянуть к критической роли. Далее я понимал, что статьи в СМИ, судейства и научные статьи я тоже смогу добрать. Я уже в тот момент начинал писать некоторые научные статьи, но, честно скажу, они были в очень сыром виде, мне не хватало мотивации, чтобы их обновить и зарелизить.
В итоге, когда я уже подписал контракт, я думал, так, все, настало время, когда надо сфокусироваться. Поэтому в общем и целом у меня получилось 7 критериев. То есть первое – это ассоциации, второе – это награды, затем статьи в СМИ и судейства, научные статьи, критическая роль и зарплата.
Я еще также был членом Московской ассоциации предпринимателей, еще с 2022 года. Я не думал, что это подойдет, но это подошло. То есть я знал, что относительно легко было вступить, но я боялся, что это может не подойти по критериям. Но я все равно вписывал этот пункт.
Я думал, что у меня будет 6 пунктов. Я писал научные статьи и публиковал их в авторитетных журналах, и один из моих знакомых, который уже с визой EB-1A в Сан-Франциско сказал: «А ты в курсе, что можно отправить статью на какой-нибудь республиканский конкурс? Если она победит, то это будет награда, и это будет входить в твою петицию». И в Беларуси в конце 2023 года проходил конкурс, посвященный году мира и созидания, он проводился под эгидой Национальной академии наук. И я отправил туда одну из своих статей, за которых мне действительно не было стыдно, и она заняла одно из призовых мест. Я был восторге. Я собрал фотографии, где мне вручают памятные награды, и все это я положил в петицию. Я надеюсь, что это произвело впечатление. Но так как я получил опрос с первого раза, я не знаю, какие пункты мне зачли, какие не зачли, но мне кажется, что общее впечатление сложилось благоприятное.
– Ваши рекомендатели были из Америки?
– Да. Я много лет работаю с американцами, и может быть я не прав, но в моем представлении для них все, что за океаном, это что-то очень непонятное, неизвестное, с непонятными именами, аббревиатурами и всем остальным. Поэтому я изначально старался делать упор на все американское, что у меня только может быть. В моем случае это были клиенты и компания, на которую я работаю. У нас главный офис находится в Техасе. Я ставил во всех рекомендательных письмах и отсылках информацию о том, что я являюсь частью этой глобальной компании и помогаю в том числе и американскому офису увеличивать прибыль, расширять сферы контактов, двигать научный прогресс и все в таком духе. И у меня было чуть больше 20 рекомендательных писем, из которых, по-моему, 12 или 13 было от американских клиентов и партнеров, с которыми я работал. Они все были рады подписать. Вот, кстати, интересно то, что американцы очень легко подписывают эти письма. Если вы напишете напрямую американцам, с которыми вы имели дело, хотя бы как-то косвенно, то они обязательно подпишут. Я не встретил ни одного возражения, все люди подписались, и это было без каких-либо оговорок, правок, они сразу проявили свой интерес.
Что касается, например, восточноевропейского региона, то там уже люди начали немножко крутить носом и некоторые не готовы были подписаться. Но в итоге я собрал достаточно увесистый набор рекомендательных писем, в том числе из компаний S&P 500, от людей на ведущих позициях. Также это был и малый и средний бизнес, которые в своих нишах обладают какими-то уникальными качествами. На 20 рекомендательных писем я и делал основу. То есть мой кейс – это критическая роль и зарплата. Я уверен, что американский офицер смотрит на зарплату. Если ты идешь по бизнесу и зарплата не соответствует американским ожиданиям, то, мне кажется, это повод для них задать уточняющие вопросы в RFE. Я же знал, что моя зарплата по американским меркам проходит хорошо, и я на это делал акцент.
Еще один важный момент – я очень много времени потратил на оформление своей петиции. Я выделял все в красные рамочки со стрелочками, визуализировал до максимума, потому что я понимаю, что офицер не хочет тратить время на 800-900 страниц моего кейса. Мне кажется, офицеру было удобнее читать мою петицию в сравнении с другими, потому что все важное я уже для него выделил. Она уже была готова для глаза. И я получил достаточно быстро ответ от них.
– Как вы закрывали план трудоустройства?
– Я работаю на компанию, у которой головной офис находится в Техасе, а в странах Европы у нас development center. Я с руководством специально не оговаривал, что они мне должны будут выслать письмо о намерениях. Когда я попросил своих коллег написать рекомендательные письма, я указывал такую фразу, я думаю, что многие слушатели могут ее взять на вооружение, что мистер такой-то-то несет большой вклад в развитие нашего офиса, расположенного там-то, или внес большой вклад в развитие американской экономики и всего остального. Я эти фразы прям вставлял в свою петицию и говорил, что вот этот человек на меня ссылается. И второй момент – один из моих клиентов сказал, что готов подписать letter of intent. Но это не job offer, а letter of intent. Мы его составили с клиентом, указали среднюю зарплату, которую он видит. Я считаю, очень важно указать какую-то цифру, чтобы офицер понимал, что ты будешь получать достойную оплату труда, а не сидеть на пособии или еще на чем-то. После этого я вставил пять или шесть вакансий c Indeed, которые подходили под мой профиль. И на этом все. То есть, у меня были отсылки в рекомендательных письмах от моих коллег, и в своем плане трудоустройства я говорил, что у меня есть три опции. Первая опция – это я продолжаю работать на Техасский офис, просто релоцируюсь и продолжаю работать. Я указывал из писем цитаты о том, что мои коллеги ждут меня там и с распростертыми объятиями. Второй пункт – это letter of intent от какой-то компании с такими-то зарплатами. И третья опция – это вакансии, которые я нашел на рынке труда, которые соответствуют моему профилю.
– Как вам работалось с сотрудниками Moovert?
– Вообще замечательно. У меня был сервис-менеджер Александра и эксперт Александр, и я в восторге. Честно говоря, мне есть чем сравнивать. Ранее я работал с некоторыми компаниями из постсоветской зоны, и обычно сервис не дотягивает до высокого уровня. Либо хамство, либо игнорирование сообщений, несвоевременная обратная связь или еще что-то. В вашем случае все великолепно было. Я даже жене говорил, что, смотри, я написал, и мне сегодня же ответили, и я уже получил какую-то обратную связь. Это было очень классно.
И отдельное спасибо за индивидуальный чат с экспертом. Эта штука мне действительно помогала. Понятное дело, что особо важные вопросы лучше решать с помощью домашних заданий или непосредственно с экспертом. Но по мелочам, а именно из таких мелочей обычно и формируется общее впечатление о кейсе, я узнавал именно в чате. И эта вот своевременная обратная связь мне очень сильно помогала, я прям в восторге был. Поэтому работа сотрудников выше всяких похвал. Когда я получил апрув, я им всем написал, они меня поздравили и я их поблагодарил за все. И они меня поздравили, я их поблагодарил за все одно, это было очень здорово. Спасибо вам.
– А был ли момент, когда хотелось все бросить?
– Нет, таких моментов не было. Были другие моменты. Например, по критерию научные статьи, это были научные статьи, я отправил некоторые статьи еще в начале прошлого года в журналы, и они мне обещали, что раз в квартал они будут выходить, а они выходили в конце года. И я находился в подвешенном состоянии. Обещали раз в квартал, а моя статья постоянно переносилась. Я расстраивался по этому поводу.
Но я ни в коем случае не расстраивался касательно своей петиции. То есть, некоторые моменты меня могли вывести из себя, но это то, что от меня не зависит. С редакциями журналов это частая история, когда они что-то переносят или им что-то не нравится.
А основные критерии я прописывал с особым удовольствием, и у меня вообще не было желания их бросить. Более того, я даже в какой-то момент сомневался, нужно ли мне отправить петицию, потому что я думал, здесь еще можно улучшить и вот здесь дотянуть. Для меня это был азарт, я кайфовал от этого процесса.
И тут нужно отдать должное Александру. Он в своей обратной связи всегда говорил, что у меня хорошо получается. Знаете эти учительские технологии – Red Pen и Green Pen. У нас в школе красные ручки исправляют ошибки, а в Америке зеленые выделяют, что у вас хорошо. А что плохо – они не акцентируют внимание. И когда мне говорили, что вот этот пункт хорошо сделан, я понимал, что я и остальные сейчас так же хорошо сделаю. Поэтому я все время получал эту окситоциновую дозу от эксперта и мне это помогало.
Первые два-три звонка я еще не понимал, как выстроить работу, как эффективнее предоставлять домашние задания, чтобы человек разобрался в моем кейсе. Но потом, когда прошло какое-то время, я много раз что-то переделал, я уже понял, как нужно все это делать, как облегчить работу и эксперту, и самому себе в первую очередь. И не было никаких трудностей. Это долгий процесс, но в моем случае не настолько трудоемкий. То есть мне приходилось много времени тратить на него, но я не могу сказать, что эти задачи были невероятно сложные. Просто нужно готовиться к тому, что много времени придется потратить на работу со своим кейсом, доказательной базой, продумыванием логики петиции, оформлением. Но, как я уже сказал, мне это все очень нравилось. Я относился к этому, как к своему ребенку.
– За что бы вы сказали себе спасибо, что прошли этот путь? И есть ли понимание, как теперь изменится ваша жизнь?
– Я могу себе сказать спасибо, что я его начал. Первоначально у меня были сильные сомнения. Но я поговорил с Анной, подумал пару недель, подписал контракт и вошел в этот ритм – и вот за это говорю себе спасибо. То есть я выделил и свободное время свое на это, и я сделал этот шаг, а первый шаг всегда самый трудный.
Если говорить о том, что бы я сделал иначе, то я бы более оперативно собирал некоторые доказательства.
Совет всем, кто планирует работать над своим кейсом: очень много вещей вообще от вас не зависит. Есть просто какая-то бюрократия, например, справки из ассоциации. Один человек человек даст тебе справку в течение одного дня, а второй будет тянуть несколько месяцев, плюс есть какие-то отпуска, декреты и больничные. Если есть возможность сделать это раньше, лучше делать это раньше, быть более подготовленным. У мен к моменту подписания контракта и началом работы над своим кейсом не было вообще ничего. Я даже справки с работы не брал. То есть я вот это все делал по ходу работы с кейсом. Если есть у людей возможность сделать все заранее, я настоятельно рекомендую так и сделать.
– Какой совет вы бы дали себе в прошлом?
– Не сомневаться. У меня много сомнений было: подхожу ли я под этот критерий, а может быть мне нужно больше статей написать, или чтобы СМИ обо мне упомянули больше раз. Мне казалось, что все намного сложнее, чем есть на самом деле. Если просто работаешь, тратишь 3-4 часа в день на какую-то задачу, то за несколько месяцев у вас, я уверен, наберется хорошая доказательная база и напишется хороший кейс. Это 100%. Я не верю, что такое невозможно. То есть мой пример как раз-таки говорит о том, что это реально. Поэтому вот я бы пожелал себе не сомневаться, не испытывать этого страха, а, наоборот, быть более открытым и более храбрым в этом вопросе.
– Уже определились, где будет собеседование проходить?
– Собеседование, скорее всего, будет в Варшаве. Сейчас вот вопрос с визами – сложный, но решаемый. Я пока еще жду письмо от NVC. Как я его получу, я уже начну собирать документы и буду вам готовиться к собеседованию.
– Спасибо за уделенное время.
Желаем удачи в США!